– Так-так, что у нас здесь?

К связанным контрабандистам подошел огромный детина, на могучих плечах которого красовался мундир капитана таможенного судна. Один глаз пирата закрывала повязка, другой нехорошо поблескивал, разглядывая пленников.

– Ну и не везет же вам, а? Сначала товар достался одним, потом подоспели другие. И все же… – он задумчиво поскреб поросший щетиной подбородок, – у вас довольно приличный шлюп. Кто же из вас, горе-моряков, его капитан?

– Я, – раздался в ответ звучный голос, и худощавый капитан «Ангела» с вызовом уставился на своего «освободителя».

Пират с любопытством оглядел с головы до ног высокого, стройного, поразительно красивого юношу.

– Если бы ты хоть немного пораскинул мозгами, – назидательно произнес бывалый «морской волк», – то не отправился бы к французскому берегу при полной луне.

– Когда мы пустились в путь, луны вообще не было, стояла кромешная тьма, – сухо возразил контрабандист. – Ночь была то, что надо… если бы не этот противный ветер, спутавший нам все карты! Ему просто повезло, – кивнул он в сторону капитана «Преследователя», связанного и брошенного на палубу «Ангела».

– Я бы не сказал, что ему повезло, – заржал дородный пират.

Судя по всему, у него поднялось настроение. Ведь не часто удается отхватить двойную добычу!

– Как тебя зовут, приятель? – добродушно спросил он.

– Прескотт… Гидеон Прескотт, – без всякого выражения ответил капитан «Ангела».

– Только неженка может носить такое имя. Бьюсь об заклад, что тебе его дала твоя мамочка, – крепкие белые зубы пирата озорно блеснули в широкой улыбке. – А я Бастиан Кейн, – произнес он, выразительно взмахнув при этом рукой.

По-видимому, пират ожидал, что его имя произведет должное впечатление, поэтому недоуменно замер, явно задетый за живое, когда не последовало никакой реакции.

– Гроза Семи Морей… – подчеркнул он, желая вызвать трепет у пленников. – Бастиан Кейн.