Элспет была поражена, кровь бросилась ей в голову. Она швырнула обратно его золото, и блестящие монеты рассыпались по земляному полу отцовской хижины. Элспет поклялась, что не возьмет золота от этого надменного норманна и ей останется только ребенок, которого она носит под сердцем. Рассмеявшись, Роберт предупредил, что ей вскоре понадобится золото, и оказался прав. Но Элспет пошла на унижение только ради сына, если бы речь шла не о ребенке и его будущем, она предпочла бы голодать. Громко заскрипев, дверь распахнулась, и в комнату вошел Роберт. Когда Элспет увидела его, ее сердце неожиданно оборвалось, а губы задрожали. Он был безумно красив – если бы только не был так холодно высокомерен! Роберту было всего восемнадцать, но он уже был таким же высоким, как его отец, – ростом больше шести футов, а его грудь и плечи обещали быть такими же широкими, если не шире, чем у лорда Ги, густые волосы цвета воронова крыла обрамляли высокий лоб и падали на темные глаза с пушистыми ресницами. Элспет вздохнула, вспомнив, как в его глазах вспыхивал огонь страсти. Но Роберт, не узнавая ее, равнодушным взглядом скользнул по ней и ребенку и обратился к отцу;

– Вы посылали за мной, милорд?

– Ты не здороваешься с девушкой, Роберт? – звенящим голосом спросил герцог, указывая на трех человек на скамье. – Она ждет тебя.

– Я ее не знаю, – твердо ответил Роберт, повернув голову и внимательно вглядевшись в Элспет темными глазами. – Зачем ей ждать меня?

– Значит, ты спишь со столькими девушками, что даже не можешь их всех запомнить? – Лорд Ги хлопнул по столу огромной ручищей. – Я отдал приказ, чтобы здесь, на земле саксов, не было незаконнорожденных детей, однако обнаруживаю, что мой собственный сын отказывается повиноваться мне! – Покраснев от гнева и сердито ворча, лорд Ги встал с кресла и жестом указал на Элспет. – Ты даже не соблаговолил взглянуть на темноволосого сына, которого произвел на свет? Он же твоя копия! Господи! – Лорд Ги с отвращением фыркнул. – Лучше бы я тебя, а не Джона отдал на службу церкви!