Граф Каннингем возвращался с конной прогулки. Впереди уже виднелся Каннингем-холл — величественный особняк, который долгие годы принадлежал его семье. Он был построен в начале семнадцатого века и в течение последующих двух столетий достраивался и перестраивался. И сейчас, в блеске утреннего солнца, высился во всем своем величии и внушительной красоте.

Роберт, шестой граф Каннингем, получил титул восемь лет назад. Он с достоинством выполнял сопутствующие ему обязанности, чем снискал уважение и популярность среди соседей этой части графства Кент.

Это был мужчина в расцвете сил. В свои тридцать с небольшим он мог похвастаться отменным здоровьем и обладал красивым, с властными чертами лицом и пронзительными синими глазами. Но как только граф начинал смеяться, его внешняя суровость несколько смягчалась.

Всадник пустил лошадь галопом и, не доехав до конюшни, заметил коляску, которая принадлежала сэру Квентину Садбери, лорду-наместнику графства Кент.

Граф внутренне застонал.

Если его что-то и раздражало, так это люди, которые приезжали к нему до завтрака. А уж лорд-наместник был к тому же и весьма утомительным посетителем.

«А сегодня-то что произошло? — мысленно спросил себя граф, подходя к дому. — Если дело просто в деньгах, то это можно будет быстро и легко уладить».

Граф был достаточно богат даже после того, как выделил приданое своим сестрам. Две из них были старше его и вышли замуж еще при жизни отца. Сестры-близнецы были почти одного с ним возраста, а пятая, самая младшая, вышла замуж только год назад.

Отец графа находил, что иметь пятерых дочерей — довольно обременительно с финансовой точки зрения. Он был чрезвычайно экстравагантен и значительные средства тратил на дорогие картины и мебель.