Карты морей и океанов рассказывают о многом. Даже те, что напечатаны в школьных геогра­фических атласах, говорят о важнейших глубинах и отмелях, о холодных и теплых течениях, проли­вах и заливах, больших и малых островах. Когда я учился в пятом классе, был у меня сосед по парте, который всерьез выражал недовольство этими картами, заявляя, что в них уйма лишнего. «К чему людям знать о горном хребте на дне Атлантического океана, — возмущался он, — или о подвод­ных впадинах в Тихом океане?»

Бедняга не подозревал, что есть ещё более подробные карты, где указаны все острова, вплоть до самых крохотных, все глу­бины и мели, все рифы и отдельные крупные камни, возвышающиеся над водой. И хорошо, что есть! Такими картами поль­зуются капитаны и поэтому уверенно ведут свои суда по любому морю или океану, не опасаясь потерпеть крушение.

Мореплаватель без карт — что человек без глаз. Я понял это сызмальства и с той поры собираю карты. У меня уже соста­вилась изрядная коллекция с интересными редкостями вроде путеводных карт древних египтян и других мореходов далекого прошлого. Коллекцией я горжусь; мне нравится, что корабель­ный доктор почтительно называет её «Картохранилище имени юнги Загадкина».

В минуту досуга нет лучшего удовольствия, чем рассматри­вать карты: непременно отыщешь что-либо неведомое и добрым словом помянешь их составителей — картографов. Великую ра­боту проделали эти люди! И я от души негодую, когда иной матрос-новичок, не подумав, начнет упрекать составителей карт.

Идет такой новичок в свое первое плавание, ни о чем не тревожится и вдруг неожиданно слышит, что наперерез на­шему курсу из тумана встает остров, не помеченный на карте! Испугается новичок, струхнет и давай честить картографов: и такие они, мол, и сякие, и этакие...