– Особенно если они о тебе, – вставил Сэм, не слишком успешно пытаясь подавить насмешливую улыбку.

Колин сделал вид, что не расслышал. Он с жадным нетерпением смотрел на Оливию:

– Ну?

– Я только что была в дамской комнате и слышала, как так называемые всезнающие люди говорили, будто на самом деле она дочь виконта.

– Несусветная чушь, – заявил Сэм и сделал большой глоток шампанского.

По выражению лица Колина было видно, что он с этим согласен.

– Дочери знатных родителей не подвизаются на сцене, – проговорил он со вздохом. – Боюсь, это очередная дутая сенсация.

– Но разве не бывает, что самые невероятные слухи в конце концов оказываются правдой? – возразила Оливия наматывая на палец выбившийся из прически непослушный локон. – По крайней мере слухи о вас похожи на правду.

– Мадам, – заговорил Колин с притворным удивлением, – поведайте, умоляю, что же рассказал обо мне ваш муж?

– Ничего такого, чего она сама не могла услышать в дамской комнате, – ответил вместо жены Сэм.

– Я все узнаю не далее как сегодня вечером, – заявил Колин, желая прекратить пустой разговор и подхватывая бокал с шампанским с подноса у проходившего мимо официанта.

Сэм сухо улыбнулся:

– Свежо предание… Надеюсь, если тебе удастся добиться ее расположения, ты не скроешь это от нас.

Его последние слова прозвучали скорее утверждением, нежели вопросом. В ответ Колин лишь снова пожал плечами.

– Я вам обоим обещаю, что наступит день, когда прекрасная и неприступная Лотти Инглиш падет к моим ногам. – Он сделал большой глоток шампанского и, высоко подняв бокал, почти торжественно произнес: – Запомните мои слова!

Оливия весело рассмеялась:

– Такая уверенность дорогого стоит, правда, Сэм?

Сэм только молча кивнул в ответ.

– Что это вы так бурно обсуждаете в этот шумный вечер? – послышался совсем рядом с ними чей-то бодрый баритон.