В истинно английской гостиной на Клиффорд-стрит в Лондоне, в районе Мейфэр, леди Поппи Смит-Барнс, дочь вдовствующего графа Дерби, выронила газету из рук.

— Он здесь, — объявила она тетушке Шарлотте, — Сергей в Англии.

Поппи уже смирилась с мыслью, что останется старой девой. В конце концов, она принадлежит к высшему обществу, а это само по себе ценно. Но теперь… все переменилось в один момент.

Ее принц явился.

Тетя Шарлотта, такая крошечная в слишком просторном для нее платье, оставила свое вязанье.

— Ты уверена? — спросила она.

Поппи подняла газету и поднесла ее к самому носу тетушки.

— Он и его сестра везут с собой последний портрет своего дяди и впервые намерены выставить его на обозрение публики именно в Лондоне.

— Ох, Поппи! — Голубые глаза тети Шарлотты озорно сверкнули за стеклами очков, а ее напудренный парик немного сполз набок, когда она тряхнула головой. — Ведь это единственный мужчина в мире, которому удастся убедить тебя покинуть Клуб Старых Дев.

— Что верно, то верно, — согласилась Поппи и, быстро подойдя к окну, выглянула из него в надежде, что все вдруг изменилось. Однако день был обычным, похожим на все прочие. Тем не менее Поппи нашла его восхитительным.

Сергей был замечательным мальчиком, а теперь стал замечательным мужчиной — и вот он здесь.

Поппи обратилась к тетушке:

— Как вы думаете, он помнит меня? Ведь прошло шесть долгих лет. Мне было всего пятнадцать. Мы встречались неделю. Кажется, целая жизнь прошла с тех пор.

— Разве он мог забыть тебя?

Поппи пожала плечами:

— Чего только с ним не было! Он путешествовал, служил в войсках. Я даже читала о нем в газетах, выискивая любые сведения о нем. Боюсь, что если он увидит меня на балу, то пройдет мимо.