— Выньте их из волос, — отрывисто произнесла Наташа.

Поппи ощутила мгновенную вспышку тревоги, щеки у нее загорелись ярким румянцем.

— П-почему? — с запинкой спросила она.

Но Наташа уже отошла от нее без всяких объяснений. Лорд Уайетт, сдвинув брови, резко повернулся к Поппи и потребовал нетерпеливым шепотом:

— Сделайте то, что она предложила, леди Поппи. Мы не желаем никаких осложнений в отношениях между нашими странами.

Поппи не могла взять в толк, каким образом цветы у нее в волосах могут вызвать дипломатический конфликт между Россией и Англией. Но поскольку она являлась дочерью члена палаты лордов, ей не оставалось ничего иного, как подчиниться. Дрожащими пальцами она извлекла из прически ромашки и запихнула их в свой ридикюль.

Все окружающие смотрели на нее с нескрываемым любопытством.

— Глазейте на кого-нибудь еще, сделайте одолжение! — выпалила она и направилась прямиком к Элинор и Беатрис.

Прежде чем она успела открыть рот и рассказать им о том, что произошло между ней и княгиней. Беатрис сказала:

— Мы все поняли.

— Она ужасно злая, — добавила Элинор.

— Но Сергей совсем не такой, — заявила Поппи. — В каждой семье есть свои кислые яблоки, верно?

Однако Элинор и Беатрис ее уже не слышали — обе уставились куда-то ей через плечо.

— А вот и он… — выдохнула Элинор.

— Боже мой! — сказала Беатрис. — Я понимаю, что ты имеешь в виду. Он…

— Само совершенство, — восторженно договорила за нее Элинор. — Неудивительно, что ты отделывалась от всех твоих поклонников.

Поппи повернулась и посмотрела на мужчину, который стоял на верхней площадке лестницы. Сердце ее преисполнилось счастьем.

Сергей!

Он, конечно, повзрослел. И стал еще красивее. Воспоминания о проведенной с ним романтической неделе в Санкт-Петербурге нахлынули на нее.