Поппи округлила глаза в изумлении.

— Однако в последующие тридцать дней, — продолжал он, — вы сделаете нашу привязанность очевидной для порядочного общества, иначе я в недвусмысленных выражениях объясню вашему отцу, почему мы должны заключить брак немедленно.

Он сунул руку в карман своего смокинга, достал из него женский чулок и вручил Поппи для ознакомления.

— Господи, да ведь это один из моих чулок! На нем даже есть мои инициалы. Откуда он у вас?

— У меня есть кое-какие связи.

— Что?

— Не спешите учинять расправу над вашей прачкой. Она скорее всего уже на пути в Портсмут. Я снабдил ее билетом на пакетбот, отплывающий в Америку.

Поппи размахнулась, чтобы дать ему пощечину, но Николас перехватил ее руку.

— И не вздумайте спасаться бегством. Когда я вас найду, а я найду непременно, мы поженимся в тот же день. А может, будем просто жить во грехе в Сьюард-Холле, это мое фамильное имение, пока не получим специальную лицензию.

Поппи стиснула губы и рывком высвободила свою руку.

— Вы и в самом деле чудовище!

Он убрал чулок обратно в карман и похлопал по нему ладонью.

— Сьюард-Холл прекрасен в это время года. Свежие ветры с Северного моря весной совсем не такие холодные, как зимние с полюса. И там есть подземелье.

Поппи вздрогнула.

— Ладно. Я буду вести себя в течение месяца, как ваша нареченная… со всеми вытекающими из этого последствиями.

— Да не чувствуйте себя такой угнетенной. Мужчинам нравятся недоступные женщины. Уверяю вас, князь Сергей почувствует Вас еще более желанной, чем когда-либо раньше, именно потому, что вы теперь помолвлены. Но с ним у вас нет будущего.