– У них есть свидетель.

Элис изумленно моргнула.

– Свидетель? – переспросила она, не веря своим ушам. – Если кто-то видел, как вы это сделали, мистер Хоторн, то вам нужен не адвокат, а чудотворец.

– Именно поэтому мы и решили обратиться к вам. – Лукас с нескрываемым презрением выговорил последнее слово. – Как только что заметил Грейсон, вы умны и жаждете славы. – На его лице снова появилась жесткая улыбка, не допускающая возражений. – И хотя вы оказались совсем не такой, какой я вас представлял, тем не менее, вы – женщина.

– Лукас! – возмутился Грейсон.

Элис расправила плечи:

– Что вы имеете в виду?

Однако Лукаса не так просто было сбить с толку.

– Мой дорогой брат забыл упомянуть о том, что, по его мнению, адвокат-женщина может оказаться большим подспорьем в моем деле.

– Большинство мужчин склонны считать, что адвокат-женщина способна принести больше вреда, чем пользы.

Лукас с жалобным видом пожал плечами.

– То же самое ответил ему и я. Однако Грейсон полагает, что ни одна женщина не согласится представлять в суде виновного. По крайней мере, он рассчитывает на то, что в это поверят присяжные.

Теперь Элис начала понимать, куда он клонит. Грейсон бросил на брата уничтожающий взгляд, прежде чем произнести:

– Дело в том, мисс Кендалл, что, если вы согласитесь представлять Лукаса, вряд ли дело дойдет до вынесения обвинительного акта, а тем более до приговора. Да, у них есть свидетель, но этот свидетель – женщина сомнительной репутации.

– Судя по тому, что я слышала, ваш брат – мужчина сомнительной репутации.

Эти слова вырвались у Элис прежде, чем она успела себя сдержать.

Выражение лица Грейсона стало сердитым. Глаза Лукаса потемнели до непроницаемого густо-синего оттенка. Затем он запрокинул голову и рассмеялся.

– По крайней мере, ей не откажешь в честности, – произнес он. – Пойдем, брат. Мы только зря тратим время.