Очевидно, не найдя повреждений, оставивших следы крови на платье, девушка сказала: «Наверное, это сзади», — и решительно наклонила его голову к себе, по всей видимости, чтобы осмотреть затылок.
— Да, рана здесь. Скорее всего вы ударились о камень, когда упали, — объявила девушка одновременно с удовлетворением и тревогой.
Каллен только вздохнул. Девушка даже не заметила, что его нос почти прижимается к ее груди. Все еще влажная, она была замечательно хороша. Внезапно незнакомка замерла, словно почуяв опасность. Заметив ее испуг, Каллен поднял голову и успокаивающе сказал:
— Не волнуйтесь.
Каллен не любил тратить слова впустую, предпочитая говорить коротко и ясно. Однако на сей раз никакой ясности не получилось, потому что, едва он закрыл рот, как тут же ощутил резкий толчок и сильно ударился головой о землю и снова потерял сознание.
Глава 2
— О! — выдохнула Эвелинда, поняв, что незнакомец опять из-за нее пострадал. Она этого совсем не хотела. Все произошло само собой в тот момент, когда, пытаясь осмотреть рану на затылке, она вдруг осознала, что прижимает его голову к своей груди. Эвелинда неподвижно застыла в ужасе от собственного поведения, и в это время он попытался заговорить. Странная дрожь пробежала по ее телу, доставляя неизъяснимое удовольствие, Эвелинда разжала руки и отшатнулась. Незнакомец же упал и снова ударился.
Он перекатился на бок, и клетчатый килт задрался, оставив ноги неприкрытыми почти до самых интимных мест. Эвелинда заставила себя отвести глаза от интригующей картины и слегка подалась вперед, вглядываясь в рану у него на голове. Она не боялась находиться рядом с шотландцем. У отца было много друзей-шотландцев, преимущественно горцев. Барон знакомился с ними при дворе короля или во время путешествий. На протяжении многих лет в д'Омсбери приезжали самые разные гости из Шотландии, и Эвелинда предположила, что незнакомец — один из них. Шотландцы всегда относились к ней с уважением и добротой и не имели ничего общего с теми примитивными дикарями, какими их представляла молва.