— Ах! — вздохнул он, его дыхание коснулось ее щеки. — Это самый очаровательный поцелуй за… не помню, за какое время. Вы необыкновенная девушка.

Мужчина снова припал к ее губам долгим поцелуем, возбуждая все ее тело до самой глубины. Клара обхватила его шею и упивалась его горячим влажным ртом, пытаясь заглушить свою совесть, кое-как шевелившуюся где-то в уголке сознания.

Собравшись с силами, она на мгновение сумела оторваться от его губ.

— Сэр, я должна попросить вас…

— Пойдемте со мной наверх, — прошептал он ей на ухо. — И тогда просите у меня чего хотите.

— Наверх? — вырвалось у Клары.

Она отступила от него на шаг, но он не отпускал ее руку.

— Да, — ответил он с усмешкой. — Еще рано, любовь моя. Сомневаюсь, что все комнаты заняты.

— Все комнаты? Заняты? — Неожиданно ей стало страшно.

— Если мы собираемся уходить, то надо идти сейчас. В холле слишком много людей. Все уголки уже заняты.

Он отошел от стены, чтобы забрать с собой Клару, как будто был полностью уверен, что она последует за ним, как будто это их маленькое свидание было вполне в порядке вещей.

С самого начата у Клары было чувство: что-то не так с этим балом; но она не знала, что ей делать. Она надеялась, что приедут София с Джеймсом и все объяснят ей. Теперь необходимость действовать давила на нее, как будто ей на голову поставили пианино.

— Сэр, я думаю, вы, должно быть, приняли меня за кого-то другого. Я просто не могу…

— Почему же, любовь моя? Вы же здесь, не правда ли? И мы, кажется, довольно успешно достигли взаимопонимания.

С горьким сожалением она поняла, что ей следовало раньше прислушаться к своим инстинктам. Происходило что-то очень странное.

— Здесь? Где именно «здесь»?

Он долго пристально смотрел на нее, затем выражение его лица изменилось. Он помрачнел.