— Естественно, — сухо бросил Николас.

Вспыхнув, Элизабет взглянула в окно, потом снова на графа.

— Ну, так или иначе, отец никогда бы не дал согласия на мой брак с лордом Бэскомбом. А после того как папа умер и период траура закончился, ничто уже не могло помешать его домогательствам. Он то и дело появлялся на пороге моего дома, придумывая для этого тысячу причин, одну нелепее другой. Сначала я относилась к нему вполне терпимо, а когда стали ясны его истинные намерения, отказалась его принимать, но было уже слишком поздно. Лорд Бэскомб вбил себе в голову, что я должна стать его женой, и был готов на все, лишь бы добиться цели.

— Сидни рассказывал мне про один случай… На щеках Элизабет вспыхнули яркие пятна.

— С лордом Бэскомбом у меня было несколько неприятных инцидентов, но мистер Бердсолл, наверное, , имел в виду тот, когда Бэскомбу удалось каким-то образом удалить из дома слуг. Я тогда была одна в кабинете, и он попытался… скомпрометировать меня, но, к счастью, тетушка вошла вовремя. — Элизабет нахмурилась и покачала головой.

Спохватившись, она улыбнулась, однако улыбка вышла грустная.

— Быть может, тетя Софи несколько эксцентричная особа, однако она отличается острым умом. Когда Бэскомб начал извиняться за свое поведение и говорить, что тотчас же женится на мне, чтобы все уладить, тетя повела себя так, словно ничего предосудительного в поведении графа не усмотрела. Я поддержала ее игру, все время мило улыбалась, и Бэскомбу ничего не оставалось, как убраться восвояси. Он пулей вылетел из дома, так и не сумев сделать меня своей невестой. Я была этому безмерно рада и тотчас же пошла к мистеру Бердсоллу. Сидни согласился переговорить с вами.

Граф призадумался. По словам Элизабет, все выходило довольно невинно — неприятное происшествие, и только, однако Ник чувствовал, что дело гораздо серьезнее.

— Мисс Вулкот, Оливер Хэмптон, — это человек, которого почти невозможно остановить. Вам повезло, что удалось от него сбежать.