Зайдя сюда последний раз, она видела чистые окна. Теперь снаружи они были загажены птичьим пометом, а изнутри потускнели от табачного дыма. На полках – пыль, добротный деревянный пол засыпан опилками и чем—то запачкан, чем именно, Бонни предпочла не выяснять. Подойдя к прилавку, Бонни заметила, что бочка для огурцов открыта, но то, что в ней плавало, нимало не походило на огурец. Бонни едва сдержала тошноту и закрыла глаза, поняв, что это размокшая сигара.

Не успела она перевести дыхание, как услышала сзади ворчливый голос:

– Вам помочь, миссис?

Бонни обернулась, прижав руки к груди, и увидела маленькую, неопрятного вида женщину с больными глазами.

– Нет, спасибо. То есть я хотела сказать: да…

– Соберитесь с мыслями, милочка, – прокаркала карга, теребя клок седых волос на подбородке, – вам, что-нибудь надо, или нет?

Бонни вздохнула.

– Видимо, вы работаете у Мак Катченов?

– В общем-то, да, но деньги я получаю от мистера Форбса Даррента. – Старуха подозрительно оглядела нарядную одежду Бонни. – Здесь не часто увидишь леди. Кстати, кто вы такая?

– Можно ли мне повидать мистера Даррента? – спросила Бонни.

– О, вам нужна работа танцовщицы, мне следовало бы догадаться по вашему виду. Мистер Даррент бывает в основном в «Медном Ястребе», здесь он появляется редко.

Вдобавок к тошноте у Бонни разболелась и голова.

– Какая разница, – сказала она, решив уйти. Теперь Она поняла хоть отчасти, почему Джиноа избегала разговоров о магазине.

– Такая милашка, как вы, может неплохо заработать в «Медном Ястребе»! – крикнула ей вдогонку старуха. Звонок тренькнул, когда Бонни захлопнула дверь. Лицо у нее пылало от гнева, ничего не замечая, она почти бежала по улице. Бонни знала, конечно, что Форбс Даррент управляет заводом и шахтами в Нортридже – его заметил, вытащил из Лоскутного городка и обучил всем премудростям сам Джошуа Мак Катчен. Тогда Бонни не сомневалась, что старик сделал правильный выбор. Но теперь, увидев, в какое состояние Форбс привел магазин, она усомнилась в его деловых качествах.