— Я хотела... потрогать звезду, — объяснила она, — проверить, действительно ли она холодная. Тогда я буду знать, что она — настоящая.

Маркиз усмехнулся.

— Мне жаль вас огорчать, но она не настоящая. До настоящих звезд трудно дотянуться. Вам очень повезет, если когда-нибудь найдете упавшую звезду. Нет, эта звезда из серебра. И мне не хотелось бы видеть, как вы упадете, пытаясь дотянуться до нее.

Евгения услышала в его фразе легкое неодобрение.

— О, теперь я даже не буду пытаться, — заверила она маркиза.

— Рад слышать.

Евгения смотрела на него, склонив голову набок.

— В этом костюме вы похожи на принца, — сказала она.

— А вы, мадемуазель, похожи на принцессу, — рассмеялся маркиз.

Евгения действительно выглядела очаровательно. Волосы струились по ее спине до самой талии словно медно-золотистая мантия, а глаза сияли, как большие голубые водяные лилии. На ней было голубое кисейное платье, на ногах — голубые бальные туфельки.

— Спасибо. Это платье особенно красиво смотрится, когда я кружусь. Хотите покажу?

— Да, пожалуйста, — попросил маркиз.

— Евгения, что ты делаешь? — Миссис Давдейл, запыхавшись, поднималась по ступенькам. Увидев пируэты дочери, она потрясенно замерла.

— Ничего, мама.

— Ты кружишься. Это недостойно барышни. Проси прощения у маркиза.

- Но я сначала спросила у него, — запротестовала Евгения.

— Уверяю вас, она действительно спросила разрешения, миссис Давдейл, — подтвердил маркиз, и глаза его весело сверкнули.

Миссис Давдейл взяла дочь за руку, чтобы увести. Но Евгения вырвала руку и подбежала к маркизу.

— Господин маркиз, — выпалила девочка, — когда-нибудь я выйду за вас замуж — только за вас, и ни за кого другого на свете!