— Евгения! — воскликнула миссис Давдейл.

А маркиз смотрел на стоящую перед ним девочку спокойно и серьезно.

— В таком случае, — произнес он, — я обязательно дождусь, пока вы вырастете.

В камине треснуло полено — и этот звук вывел Евгению из задумчивости.

Девушка была непритязательна. Но она прекрасно осознавала разницу между той сценой из ее воспоминаний — в теплом, сверкающем Бакбери — и этой скромной гостиной в Лондоне, с потертыми креслами и штопаными портьерами на окнах.

Миссис Давдейл, будто подслушав мысли дочери, произнесла те самые слова, которые только что прозвучали в уме Евгении.

— В таком случае я постараюсь дождаться, пока вы вырастете — именно так сказал маркиз. Конечно же, он не сдержал данного обещания. Я имею в виду, не дождался. Но это и неудивительно, — фыркнула миссис Давдейл. — Эта графиня решила заполучить его во что бы то ни стало.

Красавица графиня была молодой приятельницей покойной матушки маркиза и приехала в Бакбери спустя месяц после рождественского бала.

Когда спустя две недели она вернулась во Францию, маркиз последовал за ней.

Он сообщил своему главному управляющему, что у него во Франции возникли семейные проблемы и некоторое время он будет отсутствовать. Однако миссис Давдейл была убеждена, что маркиз поспешил следом за графиней.

Какими бы ни были причины отъезда маркиза, Бакбери-Эбби, так или иначе, был закрыт. Здесь больше не было ни приемов на свежем воздухе, ни балов.

— Мы потеряли рай! — простонала миссис Давдейл. — И до чего мы теперь докатились?!

Слушая мать, Евгения удивлялась, как та могла забыть свою собственную роль в разрушении их прежней жизни.

Правда заключалась в том, что, когда Бакбери был закрыт, их жизнь стала гораздо скучнее. Миссис Давдейл стала крайне раздражительной и вздорной. На протяжении нескольких месяцев после отъезда маркиза она непрестанно изводила своего терпеливого супруга: мол, неужели у него нет иных амбиций, кроме тех, чтобы оставаться главным управляющим мертвого дома и пустующего поместья? В конце концов ей удалось убедить мужа, что ему уготована иная судьба и все, что ему нужно, — это деньги, чтобы начать какой-то бизнес, какое-то свое дело.