— Merci, madame, — пропела она, сохраняя неподвижное выражение лица.

— Merci, — пробормотала я в ответ.

— Au revoir, madame.

Я повернулась к двери и остановилась, думая, что должен же быть какой-то способ разрядить обстановку. Я взглянула на продавщицу: она стояла, скрестив руки на необъятной груди.

— Je — nous — nous habitons près d'ici, là-bas,

— Oui, madame, — коротко кивнула она. — Au revoir, madame.

— Au revoir, madame. — Я круто повернулась и вышла из лавки.

«О, Элла, — думала я, медленно пересекая площадь, — ну зачем тебе это понадобилось, неужели для того, чтобы спасти лицо, надо врать?»

«Ну так отныне и не ври. Живи здесь. Приходи к этой мадам каждый день за круассанами», — ответила я самой себе. Незаметно очутившись у фонтана, я наклонилась к кусту лаванды, сорвала несколько листьев и сжала их в ладони. Острый древесный запах подал мне сигнал: reste — ты дома.

Рику Лиль-сюр-Тарн понравился с первого взгляда. Он поцеловал меня, поднял на руки и закружил в воздухе.

— Эй! — приветствовал он громким возгласом старинные дома.

— Ш-ш-ш, Рик. — Сегодня был рыночный день, и я буквально физически ощущала, как все глазеют на нас. — А ну-ка, немедленно опусти меня на землю, — прошипела я.

Но он только улыбнулся и еще крепче сжал меня.

— Именно о таком городке я и мечтал, — сказал он. — Видишь эти украшения в кладке?

В поисках подходящего жилья мы исходили городок вдоль и поперек. В какой-то момент зашли в boulangerie купить пирожных. Под взглядом мадам я покраснела, но общалась она в основном с Риком, который нашел ее забавной и всячески над ней подшучивал, впрочем, совсем необидно. Видно было, что и Рик ей понравился: в этих краях, где мужчины стригли свои темные волосы коротко, его светлая грива была явно внове, а калифорнийский загар все еще не сошел. Со мной она обращалась вежливо, но я за этой вежливостью ощущала враждебность и вся ощетинилась.