— Нет, слышишь, нет!! Хватит! Прекрати! — старый страх настиг Кейт, она боролась изо всех сил, не замечая, что Джонас уже остановился и зовёт её по имени. — Пусти меня! — слёзы застилали ей глаза, она продолжала колотить его.
— Всё, Кейт, всё… — выговорил Джонас, вставая с неё. Похотливый козёл! — ругнулся он на себя. Он слишком поспешил и в результате всё испортил.
Едва почувствовав, что её больше никто не держит, Кейт вскочила и побежала к двери. Она дёргала ключ, но не могла открыть. Тогда она отбежала к окну, лихорадочно ища, чем бы защитить себя. И только тогда заметила, что Джонас лежит на кровати, прикрыв глаза рукой, и не делает ни малейшей попытки приблизиться к ней. Кейт потихоньку стала успокаиваться.
Джонас слышал, как она возилась с замком на двери. Её рыдания болью отдавались в его душе. Теперь Кейт будет бояться мужчин ещё больше. Как же всё исправить?
Услышав, что всё стихло, он тяжело вздохнул и открыл глаза.
— Кейт? — он увидел её у окна. Она тяжело дышала, но судя по всему, уже немного пришла в себя. — Прости меня.
Он не делал попытки подойти. Не хватало испугать её ещё больше.
— Хочешь уйти? — он протянул ей плащ. Она с опаской смотрела на него, но подойти не решалась. Он вдруг понял, что загораживает путь к двери. Джонас подошёл к двери, открыл замок и отошёл подальше, стараясь не смотреть на неё. Ему было горько. Ещё одна ошибка в его короткой жизни. Он услышал шуршание платья. Потом звук поворота ключа в замке. Джонас в удивлении обернулся и понял, что Кейт осталась.
— Я испугалась, — тихо сказала она, глядя прямо ему в глаза. — Спасибо, что отпустил меня.
Джонас облегчённо выдохнул и мрачновато улыбнулся.
— Что теперь? — спросил он.
— Может быть, продолжим? — нерешительно предложила Кейт. Она удивлённо думала, что Мэй оказалась права: целуется Джонас Хоупли так, что можно забыть обо всём на свете. И помнить о том, как целуется Джонас Хоупли определённо гораздо приятнее, чем помнить прикосновения той лягушки. Но она хотела полностью вытравить те воспоминания из памяти и заменить их новыми.