Мерзавцы по-прежнему висели у него на хвосте. Он как пуля вылетел на рыночную площадь и огляделся по сторонам. Услышав крики, обернулся. Преследователи разделились на две группы и собирались отрезать ему путь к отступлению. Сэм ринулся в толпу, с трудом продолжая двигаться вперед. Он был высок, слишком высок. Солдаты стояли неподалеку и показывали на него. Трое других подобрались совсем близко. Сэм перемахнул через оглоблю фургона и швырнул стопку ковриков в ближайшего солдата. Тот упал под их тяжестью и увлек за собой другого. Сэм молниеносно развернулся и ударил третьего, затем снова побежал. Посредине площади, в самой гуще толпы, он залег под фургон и принялся наблюдать. Мимо прошаркали сапоги, облепленные черной грязью джунглей, – первый солдат обошел фургон. Затем появился второй, потом еще один, наконец Сэм удостоверился, что все они рыскают по площади. Ему предстояло выкатиться из-под фургона и исчезнуть в толпе. Продумав план, он приготовился действовать и высунул правую руку из-под укрытия.

В руку тотчас впился маленький каблучок женской туфли. Сэм чуть не завопил. Он схватил свободной рукой женскую ногу и отодрал каблучок, чуть не раздробивший ему кости на тыльной стороне ладони.

Сэм замычал от облегчения, женщина заверещала. Он отпустил ее лодыжку и быстро заполз обратно под фургон. Здесь он осмотрел руку. Между большим и указательным пальцами была глубокая ямка. Болело чертовски.

Рядом с фургоном загрохотали сапоги и отвлекли его внимание. Сэм притаился. Сапоги исчезли из виду, и он не спеша выглянул из-под укрытия. Все спокойно. Кругом толкались только местные филиппинцы.

Ссутулившись, Сэм затесался в толпу, каждый раз ниже опуская голову, стоило оказаться поблизости какому-то солдату. Он двигался, время от времени поворачивая голову направо, чтобы проверить здоровым глазом, нет ли его врагов. Дойдя до рыбного прилавка, он тоже посмотрел направо, но тут же повернул голову обратно.