Он бросил взгляд себе на руку и спросил:

– Теперь без оружия?

Она нахмурилась. Какое странное заявление... хотя все знают, что мозги у янки устроены иначе, чем у нормальных людей. Она решила попытаться объяснить ему, что случилось:

– Сэр, вы, видимо, не совсем поняли...

В эту минуту он подхватил ее на руки и поспешил дальше.

– Поставьте меня на землю!

Он пропустил ее слова мимо ушей.

– Будьте же благоразумны!

– Не знал, что у вас есть хоть какой-то разум.

Юлайли вспылила, но вспомнила, что настоящая дама никогда не проявляет свой гнев. Это было бы ниже ее достоинства. И Юлайли поступила так, как ее учили. Она перестала с ним разговаривать. Через пять минут она поняла, что именно этого он и добивался, поэтому оставила мысль о том, чтобы вести себя, как подобает настоящей даме, и решила высказать все, что у нее накипело.

– Из-за вас я сломала каблук, – пожаловалась она, нарушив молчание.

Он даже ухом не повел.

– Пропал мой новый веер.

В ответ – опять молчание; он завернул за угол с такой скоростью, что у нее закружилась голова. Прошло немного времени, прежде чем она предприняла новую попытку. Вспомнив, как раздувались парусом ее юбки, она добавила:

– Моему достоинству был нанесен непоправимый урон.

– Хорошо, – наконец отреагировал он. – Тогда вы не станете возражать против этого.

Он перебросил ее через плечо, обхватил своей лапищей выше колен и помчался дальше. Юлайли взвизгнула. С каждым шагом твердое плечо больно вдавливало корсет в ребра, что не давало ей возможности визжать. Она видела перед собой только его мускулистую спину и уже почти сдалась, когда вдруг припомнила еще одну вещь. Сделав глубокий вдох, она приподняла голову и обернулась:

– Я потеряла свой зонтик!

Он не замедлил шага, только пробормотал что-то вроде: «Нет, Бог все-таки есть».

Юлайли насчитала двадцать семь синяков. Она пересчитала все до единого во время купания.