– Ну что ж, – раздалась низкая октава генерала Буйе. – Граница наводнена нашими друзьями. Что касается швейцарской стороны, то я думаю, что она на все это будет смотреть сквозь пальцы. Только бы вам удалось уговорить императора принять вас и настроить его более решительно…

Как всегда в таких случаях, я вызвала в памяти случай на Королевской площади. Все там происшедшее я помнила до мелочей. Нападение. Крики. Вой. Оскорбления. Пощечины, наконец… Кровь уже в который раз прихлынула к моему лицу, я почувствовала себя такой униженной, что поручение, данное мне королевой, сейчас показалось мне лишь возможностью желанного реванша.

– Я не остановлюсь ни перед чем, ваше величество, – сказала я уверенно. – Я возвращусь с добрыми известиями.

Уже в карете, когда я ехала домой, меня стали одолевать смутные сомнения, и я впервые наконец задумалась о том, что же все-таки мне предстоит сделать. Перейти нелегально швейцарскую границу, Альпы… Меня могут арестовать, задержать. А Жанно – он останется здесь, в Париже. Кроме того, я ведь никогда прежде не бралась за такие дела.

Но у меня не возникло даже мысли о возможности отказаться от этого предприятия. Я подумала только о том, что должна быть предельно осторожна. Я должна все сделать правильно – так, как говорил мне генерал Буйе…

Было 12 марта 1791 года. Снег растаял, и солнце весело сияло в окнах кареты. Набухали почки на деревьях. Время было веселое, как раз для любви.

Мне предстояло сейчас нечто совсем иное. И готова я должна быть ко всему.

Я вбежала в дом по черной лестнице, заранее решив, что никого не поставлю в известность о своем отъезде. Так будет меньше разговоров. Если мне посчастливится не попасться на глаза даже Маргарите, это значит, что мое дело начнется на удивление легко.