– Эстер, – осуждающе сказал он, – ваша дочь зашла слишком далеко. Она неисправима! Вы что, вообще не контролируете ее поведение? Ей нужна хорошая порка, и если она не исправится уже сегодня, то непременно отведает кнута.

Леди Эстер откусила крошечный кусочек тоста.

– Мой дорогой, Харриет просто молода и неопытна. Я знаю, что-то в ее поведении выглядит... возмутительно, но в душе она хорошая девочка, – успокаивающим тоном проговорила она.

– Выглядит возмутительно? Мадам, она ведет себя вызывающе. – Сэра Джона нельзя было умиротворить. – Вы понимаете, дорогая, – продолжал он сурово, – что наша младшая дочь приобретает репутацию кокетки, девицы крайних взглядов, взбалмошной сорвиголовы?

– Вы преувеличиваете, дорогой.

Сэр Джон поднял вверх указательный палец:

– Пункт первый – разорванная помолвка; пункт второй – курение сигар, совершенно бесстыдное, и где – в садах Карлтон-Хауса; пункт третий – опасная гонка в двухколесном экипаже в Туикнеме, в которой она едва не сломала шею; и последний, но ни в коем случае не самый незначительный, пункт четвертый – употребление алкоголя в «Олмаке» и оскорбление леди Джерси, когда она была навеселе.

– Вы хотите сказать, что Салли Джерси тоже была пьяна? – Леди Эстер подавила смешок.

– Мадам, вы намеренно искажаете мои слова. Сейчас не время для шуток. Неподобающее поведение вашей дочери позорит доброе имя нашей семьи.

Леди Эстер спустила стройные ножки с кровати и подошла к высокому зеркалу.

– Это правда, – дружелюбно согласилась она. – Поведение Харриет не такое, какого можно было бы желать.

– Это совершенно не то, на что я рассчитывал, – раздраженно продолжил сэр Джон. – Она бросается из одного приключения в другое. Где мы допустили ошибку? Из наших пяти других детей никто ни разу не доставил нам ни малейшего неудобства.

– Да, они определенно избаловали нас хорошим поведением и послушным нравом.