Еще трое юношей подошли послушать поучения святого наставника. Они уселись у ног епископа.

— Следуют ли за ними женатые, а после них — неженатые мужчины? — спросил Томас.

— Да, — подтвердил епископ. — Они стоят на той же ступени, что купцы и шерифы, однако выше крепостных, прикрепленных к земле.

— А кто после них, ваше преосвященство? — продолжал интересоваться второй ученик.

— Животные, от наиболее верного человеку — собаки, — ответил епископ, — и до скудоумных волов. Вот, полагаю, я подробно ознакомил вас со всей иерархией, чтобы вы могли повторить это своим ученикам, когда примете обет и посвятите себя Господу.

Томас встряхнул головой:

— Вы забыли женщин, ваше преосвященство. Любит ли их Господь?

Епископ потер лоб, обдумывая вопрос.

— Я не забыл женщин, — сказал он наконец. — В любви Господа им отведено самое последнее место.

— Ниже скудоумных волов? — спросил второй ученик.

— Да, ниже волов.

Юноши, сидевшие на земле, тут же закивали головами в знак согласия.

— Ваше преосвященство! — обратился к епископу Томас.

— Что такое, сын мой?

— Вы ознакомили нас с иерархией Бога или церкви?

Вопрос ужаснул епископа Холвика. По его мнению, в нем прозвучало богохульство.

— Но ведь это одно и то же. Разве не так?

Большинство людей, живших в раннем средневековье, верили, что церковь точно истолковывает учение Господа. Но не все. Некоторые, в том числе и женщины, думали об этом иначе. Наша история — об одной из таких женщин.

Глава 1

АНГЛИЯ, 1206 ГОД

Эта новость, конечно, была для нее убийственной. Келмиту, ее преданному управителю, оставшемуся за старшего в доме со времени поспешного отъезда из Англии барона Рольфа Уилльямсона по личному поручению короля, выпала тяжкая обязанность сообщить своей госпоже ужасную весть. Он не стал откладывать, ибо догадывался, что леди Джоанна пожелает задать посыльным несколько вопросов до их возвращения в Лондон, если, конечно, она сможет говорить с кем-нибудь после того, что услышит о своем возлюбленном супруге.