— Что за чушь? Ведь решать — это не ее дело.

— Боюсь, что так, — сказал Николас. — Но Джоанна сначала должна встретиться с вами. Это лучшее из всего, что я могу сделать. Правда, она вообще не стала бы вторично выходить замуж, если бы могла существовать на те средства, которые король требует оставлять незамужним женщинам. Во всяком случае, ей так кажется. Но я осведомлен лучше. Король все равно выдал бы ее замуж, тем или другим способом.

— Ваш король жадный человек, — заметил Мак-Бейн. — Или это особое наказание, чтобы добиться согласия вашей сестры?

— Вы говорите о моей пене? — спросил Николас. Мак-Бейн кивнул.

— Нет, — сказал Николас. — Джон умеет принудить ко вторичному замужеству вдов своих вассалов. А если они решают оставаться свободными или предпочитают всем своих покойных мужей — что ж, тогда они должны выплачивать ему ежегодно изрядные деньги.

— Вы упомянули, что уже выплатили пеню. Значит, вы предполагаете, что Джоанна найдет меня приемлемой партией?

Николас кивнул.

— Но сестра не знает, что я уплатил пеню, и я был бы вам весьма обязан, если бы вы не упоминали об этом, когда встретитесь с ней.

Мак-Бейн сложил руки за спиной и вошел внутрь. Николас последовал за ним.

— Я должен рассмотреть это ваше предложение, — объявил лаэрд. — Мысль о женитьбе на англичанке неудобоварима, а если она к тому же ваша сестра, — то почти абсурдна.

Николас понял, что его задели, но не обратил на это внимания. Мак-Бейн испытывал его характер в продолжение всего боя против Маршалла и его когорты.

Лаэрд временами бывал груб, но он несомненно был человек отваги и чести.

— Есть еще одна вещь, которую вы должны рассмотреть, прежде чем примете решение, — сказал Николас.

— Какая?

— Джоанна бесплодна.