Джулиана задыхалась. Новоиспеченный супруг навалился на нее всем своим весом и, отвратительно пыхтя и сопя, бессмысленно уставился в одну точку мутными от обильных возлияний глазами. Джулиана внутренне смирилась с таким финалом свадебного торжества, более того, она по-своему хорошо относилась к сэру Джону, уважала в нем физическую силу и богатый жизненный опыт. Но в эту минуту муж вызывал в ней лишь брезгливость и отвращение. И если она немедленно не изыщет способа выбраться из-под грузного, расслабленного тела, то неминуемо испустит дух.

Джулиана уткнулась в богатырский торс мужа и не могла даже повернуть голову. Ее мысли путались, она плохо осознавала, что с ней происходит, но, судя по тем проклятиям, которые извергал сэр Джон, со своими обязанностями он справлялся не самым блестящим образом. Перед глазами у Джулианы запрыгали черные точки, ее грудь конвульсивно содрогнулась в тщетной попытке вобрать хоть немного воздуха. В паническом ужасе Джулиана судорожно хваталась за воздух руками, пока ее пальцы вдруг не коснулись латунной рукоятки постельной грелки.

Движимая безотчетным стремлением вырваться из тисков супружеских объятий, грозящих стать для нее смертельными, Джулиана опустила массивную грелку на спину сэра Джона. Она хотела лишь привести мужа в чувство, но результат оказался совсем иным.

Глаза сэра Джона расширились; взгляд, устремленный в стену за изголовьем кровати, остекленел; тяжелая челюсть отвисла. И через секунду со звуком, похожим на тот, какой издает лопнувший надувной шарик, сэр Джон обрушился на свою жену.