У Веры потеплело на душе. Все дело в его глазах, мысленно упрекнула она себя. Они такие черные, такие глубокие, такие выразительные, что у меня нет сил им противиться.

— Я тоже рада, что вы пришли, — услыхала она свой голос. — Слаю это понравилось бы.

Они помолчали, предавшись воспоминаниям о покойном муже Веры. Теперь она уже не впадала в истерику каждый раз, когда вспоминала о нем. Не то чтобы она забыла Слая, но ее чувства немного успокоились. В последние четыре года, слишком занятая своим сыном, Вера почти забыла о мужчинах, однако она не осталась равнодушной к вниманию, проявленному к ней Нино.

— Завтра суббота, — проговорил он, прерывая ее размышления. — Вам обязательно надо работать? Может, мы что-нибудь придумаем? Мне бы хотелось угостить вас с Джулио завтраком, а потом устроить экскурсию в зоопарк.

Вере тоже не хотелось расставаться с ним. Не в силах забыть о портрете шестнадцатого столетия и о своей поразительной реакции на него, она смотрела на Нино на фоне белой двери и ее все больше будоражили не имевшие ответов вопросы.

— Наверное, Джулио будет в восторге, — еле слышно прошептала она, делая вид, будто единственная ее цель — угодить маленькому сыну. — Он очень любит львов, тигров и слонов.

Нино улыбнулся, отчего его лицо мгновенно преобразилось.

— Я заеду за вами в девять. Это не рано?

— Отлично.

Он протянул руку. Вера опасливо взяла ее и сама удивилась странному ощущению, словно по ее телу прошел электрический ток… Ощущение было не менее сильное, как если бы он поцеловал ее.

Они довольно долго простояли так, не говоря ни слова, и, хотя Вера мысленно продолжала обвинять себя в сумасшествии, она не могла забыть о тенях, которые окружали ее днем в музее.

Ей показалось, что она не выдержит напряжения, и Нино, словно уловив ее настроение, вернул ее в реальность своим глубоким красивым баритоном.