Вере самой было не по себе среди чужой толпы, к тому же она совершенно не представляла, какой прием им окажут Манчини, и волновалась, стараясь не показывать своих чувств сыну. Несомненно, их появление в доме родителей Слая и Нино будет полной неожиданностью и для отца, и для матери, и для бабушки, до сих пор железной рукой правившей в своем семействе. Правда, Вера настояла, чтобы Нино телеграфировал им из Чикаго. Однако он не дождался ответа.

Когда настанет время предстать перед незнакомыми родственниками, ее единственным союзником будет черноволосый мужчина, которого она едва знает. Сможет ли она довериться ему, если обстоятельства сложатся не самым благоприятным образом? Или он предаст ее, когда семья возненавидит и отвергнет их с сыном? Она чувствовала, что ему тоже не по себе, что он тоже мучается сомнениями, хотя пока он производил впечатление вполне надежного человека.

Самолет на Турин вылетал почти сразу же, и размышления о будущем пришлось оставить на потом. И стюардессы, и почти все пассажиры говорили, естественно, по-итальянски, но Вере потребовалось какое-то время, чтобы успокоиться и вспомнить уроки Слая.

Слава Богу, на небе не было ни облачка и летели они не очень высоко, так что Вера с удовольствием принялась осматривать землю внизу. На севере и западе высоко тянулись в небо снежные горы, мелькали рощи, белые дома под черепичными крышами, изредка — замки. Солнечные холмы были покрыты виноградниками. Река сверкала как серебряная лента. Пронзительно синие озера, словно в беспорядке разбросанные чьей-то гигантской рукой, поразили ее. Слай говорил, что их называют Божьими зеркалами, в которых, если повезет, можно увидеть райскую красоту.

Едва самолет стал делать круг над Турином, собираясь идти на посадку, как Веру вновь охватил страх, от которого ей удалось отделаться в Милане. Она сидела рядом с Джулио и, когда Нино с нежностью протянул к ней руку, едва не подскочила на месте.