– Извините меня, это чертово платье…

И тут, недолго думая, Льюк подхватил ее на руки – одна рука под спиной, другая под коленями – и понес.

Джози невольно обняла его за шею. Лицо девушки оказалось рядом с его лицом, в глазах – тревога:

– Что вы делаете?

Хороший вопрос: он так же неожиданно для себя схватил ее в охапку, как она оказалась у него на руках.

И снова этот запах. Черт возьми, просто потрясающий! Кстати, даже в этом промокшем насквозь наряде она весит не больше новорожденного жеребенка.

Чтобы взять девушку поудобнее, он слегка подбросил ее вверх.

– Мешает ваш немыслимый туалет, – объяснил он. – Страховая компания расторгнет со мной договор, если узнает, в каких нарядах разгуливают мои постояльцы.

Льюк донес свою ношу с той же легкостью, как если бы это была копна сена. Ни в коем случае нельзя переносить ее через порог, напомнил он себе, чай не жених. И держать в узде свои желания!

Ощущение теплого и влажного женского тела еще долго не покидало Льюка после того, как он опустил Джози на пол у двери террасы. Вот дьявол, думал он, каждый раз, когда прикасаюсь к ней, я чувствую себя мальчишкой.

Значит, не прикасайся к ней, О'Делл, приказал он себе.

Нащупав в кармане ключ, он открыл дверь коттеджа, вошел в него первым и зажег свет.

– Ну вот вы и на месте. Сейчас внесу багаж.

Когда Льюк вернулся с вещами, Джози все еще стояла на террасе. Поставив сумки у двери, он заботливо оглядел девушку:

– Вам следует быстренько снять с себя все мокрое и влезть под горячий душ. Иначе подхватите воспаление легких.

Только этого действительно не хватало, подумал он, целыми днями возиться с лежачей больной.

– Но я не хочу вносить грязь в комнаты. Видимо, нужно снять платье здесь.

Снова его пульс застучал как бешеный. Прочистив горло, он ответил, собираясь уйти: