А на самом деле? Был ли Джеймс и впрямь возбужден этими продолжительными поцелуями или только хотел доказать, что в его объятиях она будет испытывать страсть?

Линда отвернулась, испытывая отвращение к себе. После смерти Стива к ней никто не прикасался. Конечно, взгляды мужчин ей вслед отнюдь не выражали сочувствия к ее утрате. Но никто даже не касался ее руки, не говоря уже об объятиях. Долгие годы Стив давал ей тепло и заботу. И они по-прежнему были ей необходимы, даже более физической близости, хотя и она играла в ее жизни не последнюю роль.

А ведь всего неделю назад она мечтала о человеке, который мог бы поддержать, помочь. «О боже! Перестань, Линда!» – перебила она саму себя. Сейчас речь идет только о Джеймсе. Неужели она настолько истосковалась по мужскому теплу, что согласится и на его предложение?

– Не старайся унять своего желания, Линда. – Джеймс по выражению ее лица понял, как она сейчас себя ненавидит. – Возможно, это единственное, что будет хорошо в нашей семейной жизни.

– Я не хочу быть твоей женой!

Сейчас вообще выходить замуж ей хотелось меньше, чем когда-либо в ее жизни. Taкое чувство, словно она сама себе изменила с этим человеком. Линда была готова расплакаться. Но нет, Джеймс больше никогда не увидит ее слабости. Этот циник воспримет ее слезы как обыкновенную женскую уловку и станет презирать ее еще больше.

– Я понимаю. – Он отошел и снова засунул руки в карманы. – Мне тоже не особенно хочется, чтобы ты стала моей женой…

– Тогда…

– Но мне нужна твоя доля в компании. Линда. – Сейчас это прозвучало еще более жестоко. Его лицо помрачнело. – А также я хочу обеспечить будущее своей племянницы.

– Мэнди?..

– Да, Мэнди. Ты же больше не в состоянии содержать свою дочь? Так?

Ему все было известно, даже в каком плачевном состоянии сейчас находился ее бизнес. Как ему удалось это выяснить? Боже! Конечно, так же, как и все остальное. Ведь это – Джеймс Трентон!