— Доброе утро, Чештин. Что случилось?

— Извини, но, кажется, я серьезно заболела. Горло заложило, и температура высокая. Скорее всего, ангина. У меня вообще горло слабое. Я тебе уже говорила, что собиралась со знакомыми парнями съездить в Нюнэсхамн. Там прекрасные песчаные пляжи. Ну и увлеклась купанием. Вода чересчур холодная оказалась. И в море, и в бутылках. У меня в машине походный холодильник есть, как ты знаешь. В общем, и морская вода, и минеральная «Лока» не на пользу пошли. Так некстати. Ты уж прости, но ничего не поделаешь. Конечно, надо было быть осторожнее и предусмотрительнее… Одним словом, я не смогу с тобой поехать. Мать говорит, что просто не выпустит меня из дома — ляжет у порога вместо капкана или запрет в спальне. Пыталась ей объяснить, что я давно совершеннолетняя, могу сама принимать решения. Что проще всего будет закутать горло потеплее и взять с собой побольше таблеток. Но она ни в какую. Ну, ты же ее знаешь. Говорит, что хоть и не врач, но про болезни своего ребенка знает больше любого доктора. В том числе и как их лечить.

— Ничего, Чештин. Не расстраивайся, — попыталась успокоить подругу Кристина, хотя у самой начало саднить сердце. — Это еще не конец света.

— Конечно, не конец. Но плохое начало. Я понимаю, что подвела тебя. Самой обидно. Такие планы были на отпуск. Ты хотя бы во Франкфурт слетала. А я дальше Швеции пока нигде не была.

— Зато ты машину приобрела и водить научилась. Теперь, когда есть свои колеса, быстро компенсируешь географические пробелы.

— Постараюсь. Только это будет скорее всего уже в следующем году. Отпуск кончается. Может быть, в Копенгаген успею съездить. Помнишь, мой датский знакомый по Интернету приглашал. У него там автомастерская. Уже три месяца по электронной почте переписываемся, а я ни разу его не видела. Даже фотографии нет. Пишет, приезжай, тогда и увидишь… А что ты будешь делать?