— Джесс, неужели у тебя нет времени даже на чашечку кофе?

— У меня дела.

— А на полчашки? — Он изобразил свою самую обаятельную улыбку.

Джесси вздохнула:

— Ну, если полчашки. Тут рядом есть кафе.

В его взгляде проглянуло разочарование. Она почувствовала, что ведет себя нелюбезно, поэтому, стараясь быть приветливой, сказала:

— Можем пойти и ко мне.

— Так поехали. — Он радостно поднял валторну. — Ты где припарковалась?

— На той стороне улицы.

— Прекрасно. Я сейчас. — Эдди поспешил к низкой спортивной машине, стоявшей у ступеней концертного зала.

— Это твоя? — не удержалась девушка от удивленного возгласа.

— Моя гордость и радость.

Она обошла машину, разглядывая ее словно летающую тарелку.

— Да это же «мерседес»!

— В самом деле? Надо же! — пошутил Эдди.

— Разве мы не дали обет не обзаводиться «мерседесами»?

— Это когда было! Или ты расстроилась из-за меня?

— Ну, мне придется добираться домой в этой развалюхе. — Девушка показала на скромный «форд».

— Ты держишь слово, как это на тебя похоже, Джесс.

Она ощетинилась:

— Догоняй!

Джесси ехала четыре мили до своего кооперативного дома, настроение ее ухудшилось. «Как это на тебя похоже», — с издевкой повторила она, следя за фарами Эдди в зеркале заднего обзора.

Он теперь знает Джессику Уолш не лучше, чем астронавта на Луне! Я же изменилась не только внешне. Джесси забарабанила по рулю обтянутыми перчаткой пальцами.

Эдди никогда не понимал меня. Самодовольный тупица! Однажды, когда им было по шестнадцать, он сообщил, что пишет фортепьянное произведение для нее. Это заинтересовало и даже польстило, пока она не услышала ту дурацкую вещичку, претенциозно названную Блюз «Джесс».