Антон горько жалел теперь, что не отказался. Пусть бы председателем избрали если не Шнырика, то, скажем, Клячкину. Училась она лучше всех, на уроках сидела не шелохнувшись и смотрела на учителя преданными, как у таксы, глазами.

— Антон,—ласково заговорила Марина,— я очень прошу тебя сдать мне план работы отряда. Наметь с ребятами дела. Придумайте что-нибудь новое, чего нет у других.

— Ну что тут можно придумать? — Елена Петровна, махнув рукой, снова погрузилась в журнал.

— А можно записать строительство хоккейной площадки? Мы хотим выставить команду на «Золотую шайбу». Площадку сделаем на школьном дворе.

— Как на школьном дворе?—удивилась Елена Петровна.

— Возле стадиона. Где яма для прыжков— она же зимой никому не нужна.

— Мысль интересная, только надо поговорить с директором, с Анной Зиновьевной.— Марина вопросительно взглянула на Антона, потом на Елену Петровну.

— Ну, этим пусть занимается физрук.

— Почему физрук? «Золотая шайба» — это пионерское дело.

— Маниловщина.— Классная махнула рукой.— Чем воздушные замки строить, лучше бы занялся отрядным уголком. Как в прошлом году Мишку олимпийского выпилили, так и висит.

— Но Бусла же нарисовал нейтронную бомбу...

— Хорошо, не будем спорить. А дежурства?! Что сегодня произошло? Поначалу мне казалось, что Вишняков справляется. Мальчик вежливый, аккуратный. А что случилось с сочинением? Я думала, что они с Буслаевым дружат. Сколько раз видела, как из школы вместе идут.

— Бусла, он такой...

— Какой такой?

— Всегда говорит, что думает.

— Сомнительное достоинство.