— Она ведь наверняка не замужем, да? — спросил Чарльз.

Все покачали головами и рассмеялись.

— Да кто возьмет в жену чокнутую?

— А ведь самомнение у нее такое, что на четверых хватит!

— Мы все хотели придумать для нее какую-нибудь пакость, но так и не решились. Да, мы трусливые людишки, брат.

— Она уже наказана тем, что ее никто не любит, — сказал Чарльз. — Да и как ее любить? Она вечно ко всему придирается. Наверное, это все от зависти. Престон ведь страшно завидует тем, кто живет в свое удовольствие.

— Точно! — подхватили студенты.

— А вы видели ее лицо, когда она сегодня заметила, что парень, сидящий на первом ряду, вместо того чтобы писать лекцию, читает книгу? — разошелся Чарльз. — У нее глаза выпучились: вот так.

Снова дружный смех.

— Она похожа на индюшку. Ее так и раздувает от злости. Когда-нибудь Престон лопнет от яроста. Она и так не красавица, но представляю, что с ней будет, когда ей…

Чарльз вдруг почувствовал, как в буквальном смысле повеяло холодом, словно кто-то открыл дверь на улицу и в столовую влетел морозный ветер. Однако, во-первых, он сидел далеко от выхода, а во-вторых, за окном был рекордно жаркий сентябрь.

Он поднял глаза и увидел застывшие белые лица своих сокурсников. Будто их заморозили тоже. Студенты смотрели на стол и не произносили ни слова.

— Эй, ребята, вы чего? — громко спросил он. — Неужто пожалели бедняжку Престон? Зря, она даже жалости не заслуживает.

— Сзади… — процедил сквозь зубы Джек, по-прежнему рассматривая пустую тарелку, стоящую перед ним.

— Что?

И тут на плечо Джека опустилась чья-то рука с тонкими пальцами. Чарльз медленно повернул голову и встретился взглядом с Джулией Престон.

— Ну-ну, — ласково проговорила она. — Чего я еще, по вашему мнению, не заслуживаю, мистер Спенсер?