— Нет!

Элси совсем потеряла голову. Бледная как полотно, она судорожным движением откинула с лица кружевную фату. Ее зеленее глаза сверкали, точно два изумруда. Ее губы — такие чувственные и нежные — дрожали.

— Ты не посмеешь так со мной поступить! Ты не посмеешь уйти от меня… вот так…

Берт лениво оглянулся через плечо.

— Еще как посмею! — бросил он. — Спорим?

Элси в ярости рванулась вперед, выхватив на ходу букет роз из рук своей подружки, которая застыла как столб и только непонимающе хлопала ресницами.

— Не посмеешь!

Не помня себя, она швырнула цветы ему в спину, но Берт проворно повернулся и подхватил букет, не дав ему упасть на каменные плиты пола.

В абсолютной тишине взгляды Берта и Элси на мгновение встретились, и она застыла, парализованная ужасом, словно маленький зверек, выбежавший на дорогу прямо под колеса несущегося автомобиля. Но потом Берт отвел взгляд и задумчиво уставился на букет роз у себя в руках.

— Я вспомнил одно поверье, — медленно произнес он. — Та подружка, которая поймает букет, брошенный невестой в день свадьбы, следующей выходит замуж. — Но ты, надеюсь, меня простишь, если сегодня я нарушу традицию. Прожить всю жизнь с одной женщиной… Да это хуже, чем рабство! Меня, во всяком случае, не прельщает подобная перспектива.

Элси не верила своим ушам. «Прожить всю жизнь с одной женщиной… Да это хуже, чем рабство!» Такое впечатление, что она насильно притащила его к алтарю! Но ведь он сам просил ее стать его женой!

Зачем же он сделал ей предложение? Еще можно было бы что-то понять, если бы Берт таким образом стремился уложить ее в постель. Но они уже были близки: Элси оказалась просто не в силах устоять перед Бертом Конроем. Что, если в этом и состояла ее главная ошибка? Но тогда почему он обвинил ее в коварстве и лжи?

— Надеюсь, тебе повезет с кем-нибудь другим… Если ты как следует постараешься.