— Оберегайте ее, — почти угрожающе пробормотал Эндрю.

— Обязательно, — согласился Лоренс.

— И отнеситесь с пониманием к озабоченности ее братьев, — добавил Стан.

— В таком положении Алберта нуждается в правильном уходе, — ответил Лоренс.

— Мы никуда не исчезнем, — предостерег Дейв.

— Она нуждается в заботе родственников, — уступил Лоренс.

— И сказанное о замужестве остается в силе, — добавил Эл.

Лоренс помедлил секунду, потом спокойно ответил:

— Сам я не собираюсь жениться, если вы намекаете на это, но я не требую от своих служащих оставаться холостыми.

— Извините меня, но я уже взрослая женщина и позабочусь о себе сама, — вмешалась Алберта.

Ни один из ее братьев, ни Лоренс не отозвались, а просто обменялись «тем самым» взглядом, который понятен только мужчинам, и молча распрощались.

Братья все еще не успокоились.

Лоренс оставался невозмутимым.

— Мне это совсем не нравится, — сказала Алберта, когда Лоренс взял ее за руку.

По правде говоря, прикосновение кончиков его пальцев к ее ладони было невыносимо соблазнительным и понравилось ей сверх всякой меры.

Сейчас меня должны занимать только две вещи, думал Лоренс, сидя в столовой и наблюдая, как Алберта в хорошеньком желтом платьице суетится на кухне.

Во-первых, из конторы сообщили, что его главный конкурент Ансельм Силвермен (тот самый, что соблазнил его жену) узнал о празднике в честь Монтегю и собирается посетить Бухту якобы для участия в вечеринке.

С этим-то я справлюсь, думал Лоренс. Когда-то Ансельм Силвермен приводил его в ярость, но сейчас вызывал лишь легкое раздражение.

Гораздо больше его беспокоила пустячная сама по себе мысль касательно новой поварихи — то, как солнечные лучи просвечивают ее длинные волосы, придавая им невыразимую мягкость и золотистость, и с чем это прекрасное зрелище можно было бы сравнить.