— Вашей сестре необходимо присесть. Жаль, что нельзя продолжить нашу беседу, но нас с миссис Джонсон ждут дела. Я бы предпочел заняться ими в доме, а не на жарком солнце, — сказал он решительным голосом и начал застегивать рубашку. Лоренс знал, что выглядит выше, когда принимает царственную осанку, вырабатывать которую он начал с того самого дня, как его взяли с улицы и дали первый в его жизни шанс, и которая помогала ему идти от успеха к успеху. — Прошу нас извинить, — сказал он братьям и предложил женщине руку. — Миссис Джонсон, прошу вас.

Она пожала плечами, как бы извиняясь перед братьями, и коснулась изящной ручкой рукава Лоренса. Жар ее пальцев моментально проник сквозь тонкий хлопок. Он понял, почему волнуются ее братья. Мужиков должно просто притягивать к этой женщине. Мужики ведь многое делают, не задумываясь. Но только не я.

— Поговорим позже, — мягко пообещала она братьям.

— Точно, — пообещал в ответ Эл. — Обязательно поговорим.

Она повернулась к ним спиной и улыбнулась Лоренсу. Ему подумалось, что в этот момент распустилось еще несколько летних цветов — столь мощным был свет ее улыбки.

Он провел Берту вверх по ступенькам, открыл перед ней дверь, и они прошли в большую сине-белую кухню.

— Пожалуйста, сядьте, — сказал Лоренс, указывая ей на стул.

— Спасибо. — Сев, она оглядела просторное помещение, обращая внимание на полированную поверхность кухонной плиты и на инкрустированное дерево встроенного холодильника. — Прошу прощение за инцидент перед вашим домом.

— Ничего страшного.

— Мои братья всегда слишком оберегали меня, но в последнее время они просто впали в раж.

— Они заботятся о вас.

Ее брови изогнулись дугой.

— Заботятся, но им не о чем беспокоиться. Я здесь, как вы знаете, чтобы готовить еду.