Но общение с Шерри Джордан на расстоянии не входило в его планы. О нет! На этот счет он разработал совсем другую программу. И сейчас приступил к ее выполнению. Причем довольно эффективно: стоило ему сказать всего несколько слов — и Шерри призадумалась.

Дорого я заплатил бы, чтобы узнать, какие мысли вертятся в этой прелестной головке, подумал он. Затем, прерывая явно лихорадочные размышления Шерри, он повторил:

— Не уволю.

Она пристально взглянула на него, будто тоже пытаясь понять, о чем он думает, какие замыслы выстраивает на ее счет.

Тогда Брендон медленно добавил:

— И не только не уволю, но еще и зарплату увеличу.

Шерри мгновенно насторожилась.

— Зарплату?

А, голубушка, заинтриговал я тебя!

Брендон едва сдержал усмешку. Все женщины одинаковы — нет такой, которую не интересовали бы деньги.

— Именно, зарплату. Разве вам помешает увеличение жалованья?

В глазах Шерри промелькнула растерянность.

— Я… э-э-э… собственно…

— Можешь не отвечать, — махнул Брендон рукой. — Деньги нужны всем и всегда.

— Но не любой ценой! — с вызовом произнесла Шерри.

Он рассмеялся.

Шерри выждала минутку, затем, прищурившись, смерила его взглядом.

— Что смешного я сказала?

— Не понимаешь? — хмыкнул он.

— Нет!

— Тише, не горячись. Сейчас объясню, если ты такая непонятливая. Вот скажи, о какой «любой цене» может идти речь, если я всего-навсего приглашаю тебя на ужин?..

Меня «на ужин», мысленно повторила Шерри. Звучит довольно двусмысленно. Но правильнее было бы — «на десерт». Ведь именно это он подразумевает, не так ли? Сначала совместный ужин, затем в качестве десерта — я. В постели.