Внезапно до ее слуха долетело ржание лошади и топот копыт, и девочка быстро открыла глаза. На двор стрелой влетел Зевс. Этот конь был гордостью Габриеля, однако немногие обитатели ранчо к этой «гордости» осмеливались приблизиться – животное обладало поистине дьявольским характером. Конюх, который ухаживал за Зевсом, называл его адским отродьем. Сама Кристин не осмеливалась даже приблизиться к стойлу.

Тем не менее нашелся смельчак, который оседлал Зевса, и Кристин с замиранием сердца рассматривала наездника, который сидел в седле как влитой. Зевс умерил бег, затанцевал на месте, а потом встал на дыбы. Но седоку все было нипочем, и вот уже адское отродье укрощено, а храбрец легко спешился и потрепал чудовище по холке. Конь всхрапнул и закосил взглядом, нервно вытанцовывая на месте. Потом всадник под уздцы повел Зевса к конюшням, а Кристин зачарованно провожала его взглядом. И вдруг ее как молнией поразило: она поняла кто это. Рик, Риккардо Ромеро!

Дыхание у нее отчего-то прервалось, а перед глазами поплыли цветные круги. Девочка изо всех сил сжала пальцы, так что они хрустнули. Так вот он какой, Риккардо!

– Привет! – раздалось у нее прямо над головой, и, вскинув голову, она увидела Рика собственной персоной.

– Здравствуйте... – пролепетала она в ответ.

Рик улыбнулся, а Кристин от избытка непонятных чувств совсем перестала дышать.

– Ты – Кристин, верно? – сказал он глубоким бархатистым голосом, и Кристин кивнула. – А я Риккардо.

– Я не знала, что вы приехали, сеньор Риккардо, – удалось произнести ей.

– Сегодня ночью, пока все спали. И давай без «сеньора» и на «ты». Договорились?

Кристин снова кивнула, во все глаза глядя на Рика.

– Почему ты проснулась так рано?

– Антонио будет учить меня ездить верхом, – выпалила она и нервно облизала губы.

Только что она стала свидетельницей демонстрации поразительного искусства. Рик с легкостью справился с лошадью, к которой Кристин никогда бы не осмелилась приблизиться.