Все же сидеть на лошади было гораздо приятней и безопасней, чем трястись в этой шаткой посудине, которая того и гляди развалится.

Стюардесса, расположившаяся в начале салона, была средних лет гибкой женщиной, с выкрашенными хной рыжими волосами. Золотое кольцо на руке ясно свидетельствовало о ее семейном положении. Лаки стало любопытно, как это ее муж не возражает против таких дальних перелетов, ведь она должна разносить прохладительные напитки незнакомым мужчинам, одаривая всех улыбкой. Он бы ни за что не допустил подобного.

При мысли о женитьбе он снова вспомнил о сестре. Хорошо бы забрать ее вместе с сыном обратно на ранчо, в Тихий Залив, которому они искони принадлежали. А этот подлец, ее муженек, пускай отправляется ко всем чертям.

— Я могу чем-нибудь помочь, сэр? — прозвучал над его головой мелодичный женский голос.

— Все хорошо, мэм. — Он приветствовал стюардессу чарующей улыбкой, безотказно действующей на особ женского пола.

— Может, вам принести сок? Подушку? И не лучше ли вам положить шляпу на полку?

Лаки инстинктивно сжал пальцами края своей шляпы и посмотрел на соседа: бизнесмен торопливо укладывал свой багаж, состоящий из кейса и мини-компьютера, в специальные отделения наверху.

— О нет, мэм, спасибо, — ответил он вежливо. — Все в порядке, мэм.

В ответ она тоже улыбнулась.

— Я так и знала, что вы откажетесь. Мой муж тоже трясется над своей драгоценной шляпой. Ковбои не расстаются с ней.

— Ваш муж? — Лаки подумал, что он, наверное, один из тех парней, которые, вырядившись в ковбойские одежды, отплясывают субботними вечерами.

— Он фермер в третьем поколении. Его родня расселилась по всему району вокруг Денвера.