— Дело сделано, — повесив трубку, сообщила Кейт.

Они с Джуд сидели в гостиной Кейт, окна которой выходили на зеленую аллею Центрального парка. Джуд смотрела на нее с сомнением.

— До сих пор не могу поверить, что ради нашего журнала ты солгала собственному брату. — Джуд сокрушенно покачала головой и сделала еще глоток золотистого цвета шардонне.

— Ну, это была не совсем ложь. Дело в том, что Джек сейчас в отъезде. Его и правда нет дома.

— Твой благоверный всего лишь уехал в Бостон на совещание и вернется уже завтра. За сегодняшний вечер он звонил дважды. Образцовый семьянин. Не в чем упрекнуть.

Такое внимание со стороны мужей — редкость. Джуд искренне восхищалась этой парочкой: после года семейной жизни супруги относились друг к другу нежно, как голубки.

В глазах Кейт светилось нечто вроде вины. Тем не менее она попыталась улыбнуться.

— А Лаки и правда встревожился.

— Еще бы! Он же твой брат. — Джуд наполнила свой бокал вином.

Кейт пила только минералку, потому что приглядывала за Диллоном.

— Лаки всегда был надежен как скала. Упрямый и сильный. Поэтому его так трудно сдвинуть с места. И я тебе уже говорила, как серьезно он относится к роли старшего брата.

— Так-так. И что же он, по-твоему, сделает, когда обнаружит этот нечестный розыгрыш?

На щеках Кейт проявились два красных мака.

— Ну, я уверена, что смогу объяснить ему всю важность нашей авантюры. Он поймет, непременно поймет, — сказала Кейт быстро.

Пожалуй, даже слишком быстро. Внезапно осознав бесчестность своего поступка, она почувствовала некое облегчение, когда заплакал Диллон, и выбежала из комнаты.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Когда Лаки устроился в кресле самолета, летевшего в Нью-Йорк, он немного забеспокоился. Самолет скакал из одной воздушной ямы в другую, словно необъезженный жеребец, которому под седло положили колючку. Вдобавок ко всему в середине путешествия началась гроза, которая раскачивала самолет, отчего добрую половину пути пассажиры провели в позах, которые удобными не назовешь.