– Моя дружба с Рейфом закончилась уже давно, – сухо произнесла она, не обращая внимания на издевку Клиффа. Они с Рейфом никогда не дружили. Иден была его любовницей, сексуальной партнершей, которую он любил выставлять напоказ, но этим их отношения и ограничивались.

– Мне нужна подробная информация, – сказал ей Клифф. – Я хочу знать, о чем думает Сантини, что он чувствует перед гонкой. Мне нужна вся правда об этом человеке.

– Ты хочешь знать, с кем он спит, – язвительно перебила его Иден. Пять лет назад они начинали вместе в качестве младших репортеров в «Газетт», но с тех пор их жизнь складывалась по-разному. Клифф остался в Уэллсворсе, женился на своей подруге детства и дослужился до редактора, а Иден завоевала себе репутацию бесстрашного и уважаемого корреспондента, ведущего репортажи из раздираемого гражданской войной Кот-д'Ивуара. Она провела там последние три года, и сейчас ей было нужно немного отдохнуть и поправить здоровье.

Иден пообещала своим родителям, что весь отпуск будет отдыхать, но через месяц пассивного времяпровождения начала лезть на стенку, и поэтому предложение Клиффа поработать в «Газетт» пришлось как нельзя кстати.

– Но я не буду заниматься аморальными вещами, – предупредила она, выходя из кабинета Клиффа. – За год, проведенный с Рейфом, я поняла, что чувствуешь, когда видишь свое лицо на обложке какого-нибудь бульварного издания и читаешь о себе всякую чушь.

Отогнав неприятные воспоминания, Иден сделала несколько заметок. Рейф заявил, что не собирается в ближайшем будущем отказываться от участия в гонках. Если верить слухам, Фабрицио Сантини, его отец, не вполне здоров. Несомненно, его подкосило то, что его младший сын Джанни в результате произошедшего с ним несчастного случая оказался парализованным. Поговаривали, Фабрицио собрался передать бразды правления «Сантини корпорэйшн» Рафаэлю, но Иден не воспринимала это всерьез. Рейф никогда не бросит гонки; жажда скорости и соперничества у него в крови. Именно благодаря ей ему уже много лет не было равных в этом виде спорта.