Какая-то женщина из первого ряда спросила Рейфа, что он думает о своих шансах на победу в кубке Сильверстоуна, и он немного расслабился; от его сексуальной улыбки у Иден по спине побежали мурашки.

– Я не думаю, – ответил Сантини с присущей ему беспечной надменностью. – Я собираюсь выиграть. Машина в отличной готовности, и я тоже, – хрипло добавил он, подмигнув молодой журналистке, которая, очевидно, подпала под действие его чар. На это зал ответил взрывом хохота. Рейфа не зря окрестили Итальянским Жеребцом: рассказы о его многочисленных любовных похождениях не сходили со страниц бульварной прессы.

Стиснув зубы, Иден достала из сумочки блокнот. Пусть другие журналисты задают вопросы, а она по крупицам соберет информацию. Клифф будет разочарован: она не возьмет эксклюзивное интервью у Рейфа Сантини. Когда-то Иден, подобно той молодой журналистке, не устояла перед его обаянием, но она больше не та впечатлительная девчонка, которая влюбилась в легкомысленного плейбоя.

Иден знала, что Клифф Харли, ее старый друг и редактор «Уэллворс газетт», рассчитывал получить подробный отчет о жизни многократного чемпиона «Формулы-1».

– Давай, Иден, если кто-то и может вытянуть из Сантини хорошую историю, то только ты.

– Рафаэль Сантини ненавидит прессу, – возразила она. – К тому же он не собирается давать интервью. Мне кажется, он согласился принять участие в этой пресс-конференции лишь для того, чтобы объявить во всеуслышание, что «Сантини корпорэйшн» скупила все оксфордские предприятия, занимающиеся производством спортивных автомобилей.

– Да, но твое преимущество заключается в том, что вы с Рейфом были близкими друзьями, – поддразнил ее Клифф, и Иден покраснела. Да, она была настолько близко знакома с Рейфом Сантини, что даже сейчас, четыре года спустя, помнила, какова на ощупь его мускулистая грудь.