Вполне предсказуемо она сделала шаг назад. Но потом неожиданно подошла к нему, встала на цыпочки и… поцеловала его.

Поцелуй был как легкое дуновение ветерка, пронесшегося по его губам. Быстрый и сладкий…

Поцелуй был секундным, но Майклу показалось, что эта секунда была самой долгой в его жизни. Он почувствовал, что стена, которую он выстроил вокруг себя, начала распадаться — кирпич за кирпичиком.

— Может быть, — сказала Кирстен, — ты можешь дать людям больше, чем думаешь. Именно это поможет тебе выжить.

Майкл хотел возразить, но он все еще не пришел в себя от поцелуя.

— Тем более, что ты уже сделал первый шаг. — Кирстен кивнула в сторону курток.

Майкл пожал плечами и отошел назад.

— А-а, это. Отдавать легко.

— Если бы это было так легко, то не осталось бы нуждающихся детей, — сказала Кирстен, а потом смущенно посмотрела на часы. — Мне нужно уходить, — уже деловым голосом произнесла она, разрушая создавшуюся интимную обстановку. — Извини, но тебе тоже придется уйти. У меня нет второго ключа.

— Я бы все равно не позволил тебе идти к машине в одиночестве.

Кирстен секунду смотрела на него, потом собрала остатки пиццы, положила ее в холодильник и открыла входную дверь.

— У тебя нет куртки потеплее? Здесь холодно, — обратилась она к Майклу.

Конечно, после того как он открылся ей, она будет обращаться с ним как с сиротой. Будет волноваться за него. Будет его мамочкой. Этого он хотел меньше всего.

— Я не мерзну, — ответил Майкл.

Кирстен бросила на него вопросительный взгляд, но для Майкла время признаний истекло. Пока она закрывала дверь, он заметил удаляющуюся от них мужскую фигуру.

— Кажется, я видел, как этот парень шатался днем у твоей двери.

Кирстен обернулась.

— Ах, этот. Он всегда крутится здесь. Просто ребенок. Кажется, он представляет себя моим защитником.

Майкл сильно сомневался в таком объяснении. Но Кирстен была сама невинность. Она и подумать не могла ничего плохого.