Подобная игра воображения была весьма соблазнительной, но в этом и таилась главная опасность. Прежде она не нуждалась в опоре, зачем же сейчас предаваться ненужным мечтам?

Невидяще глядя прямо перед собой, Глэдис старалась казаться нечувствительной к прикосновениям рук Мертона. Вспомни Ллойда! – приказала она себе. Ведь ты клялась, что ни один мужчина больше не удостоится твоего доверия. Но даже в это мгновение близость Джозефа влекла ее. Она почти наяву ощутила тепло его кожи под своими губами…

Нарисованная в воображении Глэдис картина оказалась такой яркой, что она оступилась и Джозефу пришлось крепче сжать ее, чтобы она не упала.

– Ради бога, Глэдис! – негромко воскликнул он. – Перестань притворяться. Я понимаю, что тебе необходимо продемонстрировать независимость, но будет гораздо лучше, если ты просто расслабишься и предоставишь мне возможность сделать все остальное.

С этими словами Джозеф бесцеремонно притянул ее к себе, и у Глэдис не осталось иного выбора, кроме как подчиниться.

2

Глэдис стало трудно дышать, биение сердца, казалось, заглушало музыку. Чувствует ли это Джозеф? Они были так близки, что ей хотелось зажмуриться. Еще дюйм – и ее висок коснется щеки Джозефа, затем еще немного – и она уткнется лицом во впадинку между его плечом и шеей…

– Ты так и не сказала, почему, собственно, не сможешь полюбить меня, – прошептал Джозеф, будто продолжая прерванную беседу.

Внезапно вернувшись к реальности, Глэдис вздрогнула и отпрянула.

– А с какой стати я должна в тебя влюбляться?

– Ни с какой. Просто мне интересно, почему ты настолько в этом уверена.

Глэдис вздохнула.

– Думаю, ты должен знать о том, что задумала Берта. Сейчас, когда у нее появилась собственная семья, она решила, что и все ее друзья тоже должны вступить в брак. Они с Рэндалом почему-то вообразили, что мы с тобой прекрасно подходим друг другу!