Валери натянуто улыбнулась.

— Давайте сделаем так: сегодня я уж как-нибудь перетерплю, но в будущем не пытайтесь организовать для меня праздник, хорошо?

— Мы вообще-то хотели как лучше.

— Но могли бы и со мной посоветоваться. — Она снова начала вскипать. — Или хотя бы спросить, что я думаю по этому поводу. Ведь я неоднократно говорила на днях рождениях наших друзей, как глупо проводить подобные праздники по одному и тому же сценарию.

— Действительно говорила, — подтвердил Эдвард. — Странно, что мы не обращали на твои слова внимания.

— Давайте уже закроем эту тему, — нервно произнес Росс. — Если кто-то все же приедет этим вечером, в чем лично я сомневаюсь так же сильно, как и Валери, мы тихо поужинаем и посмотрим телевизор. Словно это самый обычный день.

— Отлично! — Валери с шумом отодвинула стул и встала из-за стола, так и не позавтракав. — Кто-нибудь кормил маму? Нет? Тогда я отнесу ей завтрак.

Она поспешила выйти, оставив в столовой недовольных братьев, которые еще долго будут ворчать и переживать. Несмотря на то что Валери было их ужасно жалко, она чувствовала облегчение. Наконец-то высказала все! Можно надеяться, что за год они ничего не забудут и на двадцатипятилетие младшей сестренки не решат устроить очередной «сюрприз».

Валери вошла в кухню, чмокнула старую кухарку Одри, к которой относилась как к родной бабушке, в щеку и достала из шкафчика поднос.

— Не торопись. Я положу на тарелку тосты, а ты пока достань масло, — Одри вытерла морщинистые руки полотенцем и встряхнула сковородку, на которой подрумянивались тонкие кусочки хлеба. Рене признавала только такие тосты — хорошо прожаренные, с корочкой. Хотя и их она в последнее время почти не ела.

— Ты не заходила к ней? — тихо, словно мать могла услышать ее слова, спросила Валери.

— Заглянула полчаса назад, — кивнула Одри. — Все было как обычно. Она сидела в своем кресле и вязала.