— Серьезно, неужели это действительно шарф?

— Нет. Мама расширяет границы своего умения вязать. На этот раз она освоила хлопковую нить. Она связала для тебя пончо.

— Что?! Пончо?

— Да. Легкое веселое пончо. Накидывать на плечи при прогулках глубокими вечерами.

— Мне не терпится посмотреть на него.

— Оно замечательного бирюзового цвета.

— Бирюзового, — мечтательно произнесла Сэмми, — как океан.

— Это несправедливо, — заметила Джейн, — это я лишена солнечных брызг одиннадцать месяцев в году. Но для меня мама свяжет что-нибудь коричневое.

— Да… Не повезло.

— Она говорит: бедняжка Сэмми, наверное, ей так одиноко… Никто не принесет ей горячий чай в постель, не погладит по голове…

— Можно подумать, она тебя часто гладит, — сердито сказала Сэмми, и Джейн поняла, что ляпнула глупость.

— Я не хотела.

— Я понимаю.

Подруги замолчали.

Эта тема никогда не станет для Сэмми абсолютно нейтральной. Джейн решила, что впредь нужно быть еще более внимательной при болтовне с подругой.

Из супермаркета они приехали домой только спустя несколько часов. Джейн валилась с ног от усталости.

Сэмми отправила ее в душ. Пока Джейн плескалась под прохладной водой, Сэмми парила кофе. Через полчаса стол был накрыт. Он ломился от самых разных закусок — ветчины, сыра не скольких сортов, блинчиков, джемов и паштетов, фруктов в глазури… Для себя Сэмми заварила чай. Она знала, что если напьется кофе сейчас, то ночью не сможет сомкнуть глаз. Джейн, несомненно, обрадовало бы это обстоятельство. Но Сэмми нужно было быть бодрой для работы.

Из ванной послышалось жужжание фена. Джейн приводила себя в порядок. Сэмми отправилась в спальню переодеваться. Натянула мягкие домашние штаны из вискозы, узкую маечку. Подумав, она сбросила домашние шлепанцы возле кровати. Ногам следовало отдыхать от каблуков.