К тому же Сьерра упорно настаивала на том, что любила Бена. Почему он в этом сомневался? Если честно, Мэтт всегда надеялся, что есть другое объяснение ее браку. Так меньше страдала его гордость.

Она сохранила достоинство, даже когда он нападал на нее. Мэтт не мог не восхищаться ее выдержкой. И все же он представить себе не мог, как будет смотреть на нее целый день, стараться подавить безумное желание коснуться ее еще раз. Зачем, черт побери, Сэм позвонил ей? Сэм ничего о них не знал, да почти никто не знал. Мэтт решил, что Сэм таким образом пытался сдержать свое обещание. Если он не поедет к ней, старинный друг примет его отказ на свой счет.

Мэтт достал из кармана мятую пачку сигарет, вынул одну, сунул в рот и чиркнул спичкой.

До настоящего момента он не позволял себе думать, что может означать его возвращение. Теперь, стоя на земле Техаса, он вспоминал давнюю свою мечту, которая когда-то дала ему возможность выжить. Он чувствовал родство с этой землей, ему хотелось назвать несколько акров этой земли своими. Постепенно Сьерра стала частью этой мечты, а когда все рухнуло, он мечтать перестал.

Он давно понял, насколько опасны такие мечты, и смирился с необходимостью отказаться от них. Возможно, отец был прав, обзывая его дураком. Слишком болезненны связанные с этим воспоминания.

Он и сейчас, бывало, слышал голос старика:

— Беда в том, парень, что твоя мамаша внушила тебе всякую чепуху. Ты и зазнался, думаешь, что ты лучше, чем сын простого рабочего. Еще увидишь, куда заведут твои великолепные мечты. Чем раньше поймешь, где твое место, и смиришься с этим, тем легче будет жить.

Но в нем всегда горел огонь, не позволяющий сдаться или смириться с уготованным ему местом. Отец презирал его за это.

Еще несколько дней назад Мэтт был уверен, что ничто не заставит его вернуться домой. И сейчас он считал возвращение ошибкой. Ему казалось, что нетрудно будет помочь Лиэнн и детям.