Вероятно, он не ожидал от нее столь решительного отпора, потому что его лицо приняло оторопелое выражение, порядком рассмешившее Ариэль. Однако она не собиралась ждать, пока он опомнится, а потому быстро подошла к двери, открыла ее и жестом указала Стюарту на коридор.

— Уходи, Стюарт, — строго сказала она. И, так как он по-прежнему не двигался с места, чуть резче повторила: — Да убирайся же ты наконец, черт тебя подери!

— Как ты сказала? — с расстановкой переспросил он. — Убирайся? Ты сказала мне «убирайся»?! — И он оглушительно расхохотался.

Недоуменно пожав плечами, Ариэль отступила в сторону и скрестила руки на груди. Она ожидала, что теперь-то Стюарт наконец уйдет, но он не уходил. Вместо этого он, насмеявшись вдоволь, подошел к двери, закрыл ее и повернулся к Ариэль.

— Дорогая моя, — проговорил он мягким, терпеливым голосом, каким обычно разговаривают взрослые с непонятливыми детьми, — ты, видно, просто не понимаешь, с кем имеешь дело. Я не отношусь к тем людям, которых можно запросто выставить за дверь. Этот номер, выражаясь твоими словами, со мной не пройдет.

Из груди Ариэль вырвался шумный вздох.

— Черт возьми, Стюарт, чего ты добиваешься?! — с досадой спросила она. — Клянусь своей недописанной диссертацией, я никак не возьму в толк, чего ты от меня хочешь.

— Все очень просто, дорогая. Я хочу, чтобы ты выполнила условия нашего соглашения.

— Но ведь я же ясно сказала, что расторгаю брачный контракт! Или ты плохо слышишь?

— Я нормально слышу, и я прекрасно тебя понял, Ариэль. Это ты кое-чего не понимаешь. — Он подошел к ней вплотную и с расстановкой произнес: — Дело в том, что ты не можешь расторгнуть наш брачный договор. Не можешь!

— Что за чушь? — возмутилась Ариэль. — Почему это я не могу его расторгнуть? Мы ведь еще не поженились! Или, — она бросила на него подозрительный взгляд, — ты собираешься угрожать мне?