Но фигура на бортике никуда не исчезала и разговаривала в точности, как Нико.

– Сiao,

– Да! – прошипела она и хлопнула его по руке, когда Нико наклонился, чтобы помочь ей выйти из воды. – Не смей до меня дотрагиваться!

Он расплылся в привычной чертовски очаровательной усмешке, и что-то в сердце Хлои дрогнуло от этого воспоминания. Она не чувствовала ничего подобного уже больше четырех лет, и это ужаснуло ее. Взобравшись на бортик бассейна, девушка отбросила с лица мокрые волосы, накинула на плечи полотенце и встала подбоченясь.

– Я не знаю, что ты здесь делаешь, Нико, – заявила она, вложив в свой голос столько самообладания и достоинства, сколько могла, с трудом сдерживая закипающее внутри нее раздражение, – но ты нежеланный гость. Так что, если не хочешь провести ночь за решеткой, я советую тебе немедленно покинуть владения моей матери.

– Я… – начал было Нико.

– Потому что, – продолжила Хлоя, пресекая его попытку вставить хоть слово, – если ты не уберешься, я вызову полицию.

Нико старался выглядеть обиженным, но смешинки в глазах выдавали его.

– Ты правда хочешь поступить так со мной, саrа?

– Да. У тебя секунда на размышление, – с каменным выражением лица ответила Хлоя. – И не называй меня саrа.

– Как же мне теперь тебя называть? Синьора Моретти?

– Я отказалась от этой фамилии в день нашего развода.

– Ты могла отказаться от фамилии, но это не меняет того факта, что мы когда-то были мужем и женой. Как же ты теперь будешь себя называть, моя дорогая?

– Миссис Бейрон Прескотт, хотя тебя это не касается.

С тем же успехом Хлоя могла бы и промолчать. Не отреагировав на колкость, Нико продолжил свой допрос:

– И ты действительно любишь этого субъекта?

– А ты как думаешь? Иначе с чего бы я стала выходить за него замуж?

Нико засунул большие пальцы рук за петли брючного пояса и подошел ближе.