Как Бриттани могла быть с ним такой жестокой, когда на ее губах еще не остыл его поцелуй?

– Ну и чем все кончилось? Я имею в виду, забрезжил ли для него свет в конце туннеля? – спросил Ник, откашлявшись.

Бриттани улыбнулась.

– Джасперу Карсону удалось завоевать сердце Абигайл, и она родила ему трех сыновей.

– Значит, они все-таки достигли гармонии, хотя им пришлось преодолеть множество препятствий.

Улыбка исчезла с ее лица.

– Ник, прошу тебя, перестань. У нас с тобой все по-другому. Да, когда ты меня целуешь, все кажется просто и ясно, но вспомни, что неизбежно следует за этим: смущение, раздражение, недоверие и слезы. Наш союз взрывоопасен, и наши проблемы всегда возвращаются с рассветом.

Он подошел к ней.

– Я соскучился по тебе.

Плечи Бриттани поникли.

– Знаю. Я тоже. А уж как соскучилась по тебе Саванна!

Нику хотелось кричать от отчаяния, но еще больше – повалить Бриттани на кровать и заниматься с ней любовью всю ночь.

Оставалось все меньше и меньше надежды вернуть ее. Ник знал, что скажет Бриттани: «Вспомни, сколько раз мы давали друг другу слово и говорили, что это наш последний шанс».

Что верно, то верно!

В прихожей что-то звякнуло, но Ник не мог оторвать глаз от грустной улыбки Бриттани. И очнулся, лишь когда открылась дверь.

– Йохо-о-о! Мы дома.

Тихо выругавшись, Ник обернулся. «Так Бриттани живет здесь не одна?» – подумал он. Кристал Гэллоуэй закрыла за собой дверь, пропустив вперед худенькую маленькую старушку.