— Как и его мама, — ехидно заметил Джерри.

Вспомнив, что собиралась приготовить обед, Хани повернулась, чтобы идти на кухню.

— Это все, что есть у вас из продуктов? — поинтересовалась она.

— Ну да. Там полно всего. Разве мало тебе четырех бифштексов, да и всего остального тоже?

— Но я не нашла никаких молочных продуктов и круп.

— А, ты о мальчишке. Только не надо затевать поучительных бесед о правильном питании, ладно, Медок? — Джерри устало закрыл глаза.

— Но у вас девятилетний сын, ему нужно сбалансированное питание.

— Он и без него растет как на дрожжах.

— То, что вы говорите, ужасно. То, что вы позволяете ребенку питаться одним мясом и острым перцем, неприемлемо.

— Черт, я же просил без нравоучений, Медок!

Хани разозлилась не на шутку.

— Ну вот что, мистер Вест. Вы несносный и отвратительный сквернослов и безответственный родитель.

Серые глаза Джерри сверкнули морозным холодом. Он выпрямился и сел. В эту минуту Хани порадовалась, что он не сможет встать с постели. В испуге она отшатнулась под напором его уничтожающего взгляда.

— Вам нельзя наступать на ногу, мистер Вест. Ложитесь, — быстро проговорила она.

— Полегче, Хани Бартон. Говори спасибо, что я и в самом деле пока не в состоянии самостоятельно передвигаться. Но я тебя предупреждаю…

Сердце у Хани упало, ей нечего было ответить. Неожиданно рядом зарычал Геркулес.

— Место, Геркулес! — прикрикнул на него Джерри, и собака послушно легла, положив морду на вытянутые лапы.

Растроганная неожиданной поддержкой, Хани присела рядом с собакой на корточки и погладила ее по голове, отчего та радостно завиляла хвостом.

— Хорошая собачка, умница, — ласково приговаривала Хани. — Твой несносный хозяин напугал тебя, да? — Она торжествующе улыбнулась Джерри.